В XX веке научно-технический прогресс неузнаваемо преобразил человеческое общество. В первой половине столетия возникло массовое (поточное) производство, которое заполнило прилавки магазинов так называемым ширпотребом — предметами широкого потребления, которые отличались невысоким качеством и низкими, доступными всем ценами. Началась широкомасштабная стандартизация производства и потребления, вкусы и предпочтения людей все больше дезиндивидуализировались. На историческую сцену вышел массовый потребитель, массовый автомобиль, массовое сознание, наконец массовая культура.


XX век сконцентрировал в себе огромный потенциал как для дальнейшего прогресса, так и для уничтожения природной среды и самого человеческого общества. Сохранит ли человечество человечность? От ответа на этот вопрос в конечном итоге и зависит наше будущее. Но прежде следует проанализировать особенности современной цивилизации, на базе которой будет строиться новое общество.


Что же представляет собой современная цивилизация? Каковы ее особенности?


XX век отразил высший уровень техногенной цивилизации. Напомним лишь некоторые революционные достижения научно-технического прогресса в XX веке. Это — открытие и использование ядерной энергии, лазера, выход в Космос и освоение космического пространства, создание принципиально новой информационной системы с массовым внедрением компьютерной техники и др.


Техногенная цивилизация оказалась динамичной, подвижной и очень агрессивной: она подавляет, подчиняет себе и переворачивает. буквально поглощает традиционные общества и культуры. Ценности техногенной цивилизации имеют специфический вектор активности. Преобразующая деятельность рассматривается здесь как главное предназначение человека. Но, приобретая большие полномочия. культура начинает выходить из-под контроля человека и превращается в стихию «нового типа». В наше время она оказалась нарушителем природного равновесия на планете. Обострилась экологическая проблема.


Развитие техногенной цивилизации подошло к критическим рубежам, которые обозначили границы ее роста. Возникли планетарные затруднения: проблемы экологического выживания, проблемы сохранения личности и биологических основ человеческого бытия. Возникла угроза разрушения современным техногенезом биологии человека. По своей сути современная цивилизация — индустриальная, техногенная. Огромные промышленные комплексы составляют ее технологическую базу. Цель индустриальной цивилизации - материальное обогащение, что достигается завоеванием. принуждением, насилием, будь то природа, этносы или духовные ценности. Человек в индустриальной цивилизации — всего лишь «винтик», элемент производственного процесса.


Здесь следует заметить, что само понятие «индустриальное общество» означает одну из стадий общественного развития в рамках концепции, членящей историю развития общества на доиндустриальное (аграрное, традиционное), индустриальное и постиндустриальное.


Данная концепция сформулирована в двух вариантах: французским философом Р, Ароном 1905-1983) в лекциях в Сорбонне в 1956-1959 гг. и американским экономистом и политологом У. Ростоу (р. 1916) в книге «Стадии экономического роста», вышедшей в 1960 г. Теория «индустриального общества» сводит социальный прогресс к переходу от отсталого аграрного традиционного общества (докапиталистического), в котором господствуют натуральное хозяйство и сословная иерархия, к передовому промышленно развитому, индустриальному (капиталистическому) обществу с массовым рыночным производством, В основе этого перехода лежит научно-техническая революция, которая привела к последовательности технических нововведений в производстве и управлении, что, в свою очередь, обусловило радикальные изменения общественной жизни, культуры, начиная с форм поведения и социального общения и кончая рационализацией мышления в целом.


К середине XX столетия индустриальная цивилизация превратилась в общество массового производства и потребления. «Каждое индустриальное общество, независимо от того, является ли оно капиталистическим или социалистическим, конвергентным, восточным или западным, руководствуется определенными принципами. Стандартизация, централизация, максимализация, гигантомания, дезинформация, специализация, синхронизация - пришельцы с Марса обнаружили бы повсюду одно и то же». Данные слова принадлежат американскому ученому О. Тоффлеру (р. 1928). В последней четверти века сложившаяся на этих принципах система стала давать сбои. Появились многочисленные ограничения для движения в уже проложенном направлении. Это, в первую очередь, выразилось в энергетическом кризисе, сказались и экологические ограничения. Массовое производство стало дешевым не только в силу своих масштабов, но еще и потому, что производители не выделяли необходимых средств для охраны окружающей среды. Не выдержали испытания временем и некоторые ценности индустриальной цивилизации. Распространяя свое активно преобразующее влияние на природу и социальные процессы, люди вступили в период масштабных социальных экспериментов, последствия которых нередко не соответствовали первоначальным замыслам.


Возникла проблема: не разрушает ли человечество само себя и окружающую среду? Есть ли пределы роста? Можно ли найти выход из кризиса, в котором оказалась индустриальная, техногенная цивилизация? Современное индустриальное общество (имеются в виду высокоразвитые страны) переходит в постиндустриальную, информационную цивилизацию. Электронно-вычислительная и компьютерная техника пронизывают буквально все сферы жизни. Расширяются  коммуникативные  возможности  (многоканальное и спутниковое телевидение, личные компьютеры и т.д.). Процесс информатизации общества и создания искусственного интеллекта как совокупности программных средств обеспечивает успехи и использование компьютерной техники. Возникла целая отрасль производственной деятельности, связанная с информатизацией. Ее возникновение привело к появлению ряда новых направлений научных изысканий, можно сказать, новой культуры, меняющей постепенно весь облик не только производственной, но и духовной жизни человека. Этот процесс идет с нарастающей скоростью. Особенную роль в производственной деятельности начинают играть разнообразные прецизионные технологии, в форме которых искусственный интеллект и информационные технологии (и потенциальные возможности компьютеров) воплощаются в производство.


Нужно отметить, что во второй половине столетия развитые страны стали часто отказываться от конвейеров. Экономика от серийного, поточного производства перешла к мелкосерийному и индивидуальному, по соседству с крупными транснациональными корпорациями расцвел малый бизнес и венчурные фирмы, от громоздких бюрократических структур предприятия и учреждения перешли к гибким матричным организациям.


Наступила эпоха безлюдного производства. Главными героями стали «белые воротнички» — работники, занятые в автоматизированном производстве, научных и прикладных разработках, а также в сфере информации. Возникла особая форма занятых — «компьютерные надомники», которые нажимают на клавиши сверхточных машин и оперируют огромными потоками информации.


Таким образом, первая и вторая половина XX века — две качественно различающиеся социокультурные эпохи. В первой половине произошли две мировые войны, во второй — ни одной. Ядерная опасность, нависшая над всей планетой, заставила ощутить хрупкость человеческого существования, привела к формированию не виданного доселе типа мировоззрения, который называют планетарным мышлением. В его основе лежат вполне объективные процессы — переход наиболее развитых стран в 70-е годы из эпохи индустриального общества в постиндустриальную эпоху, которую также именуют «кибернетическим» и «информационным обществом». Персональные компьютеры, автоматическая обработка текста, кабельное телевидение, видеодиски и записывающие устройства шагнули из научных лабораторий в повседневный быт людей. Каждый год информация в мире удваивается и утраивается, появляются все новые информационные каналы.


XX век называют самым динамичным за всю историю человечества. Процессы обновления, или модернизации, затронули все страны мира и каждого человека в отдельности.
 

Суть модернизации связывают со всемирным распространением по земному шару таких ценностей, как рационализм, расчетливость, урбанизация, индустриализация. Однако в 80-е годы XX века появился новый термин — постмодернизм. Им начали обозначать те тенденции в современной культуре, которые характеризуют развитые капиталистические общества во второй половине XX столетия, а точнее на рубеже 70—80-х годов, когда эти страны вступили в стадию постиндустриального общества. Таким образом, модернизм характеризует преимущественно культуру первой половины XX века, зрелое индустриальное общество, где главенствуют рационализм, урбанизация, «искусство для искусства», а постмодернизм обозначает совершенно новую культурную ситуацию, сложившуюся во второй половине и в конце XX столетия в постиндустриальных странах. Ей присущи такие черты, как отход от рационалистических схем, отказ от догмы единого для всех стран капиталистического пути развития, признание плюрализма, разнообразия культур, единение с природой и защита окружающей среды, планетарное мышление и др. Постмодернизм возник в 70-е годы и представляет собой полную противоположность модернизму с его требованиями функциональности как всего объекта, так и его частей.


Постмодернизм — исторически новый тип культуры, который проявляется в философии, науке, искусстве. Его основополагающим принципом является свободное сочетание выразительных средств, а также плюрализм идей, мнений, точек зрения и конкретный гуманизм. В науке это проявляется в применении конкурирующих примеров, низвержении иерархии методов научного познания, признании их принципиальной плюралистичности, в установке на взаимодополняемость прикладного, рационально-спекулятивного и религиозно-мифологического знания.


В истолковании природы общества постмодернистское мышление устанавливает (взамен господствовавшей структурно-функциональной модели) модель множественности «самоотнесенных» сознаний и общественных организмов.    Формируется новый «персоноцентристский» этнос, отстаивающий принципиальную равноправность (и равноценность) индивида, социальной группы, общества в целом. В художественной культуре происходит отказ от канонизации единого эстетического стандарта, устанавливается плюрализм эстетических ценностей, художественных методов и стилей.


В конце очередного, XX, столетия вновь все чаще были слышны разговоры о кризисе, упадке культуры. Причём тенденция критической оценки современного состояния культуры является общей как для Европы и США, так и для России. В эпицентре критики оказались Соединённые Штаты Америки, чья культура представляет собой порой весьма поверхностный синтез элементов разных культур, не имеет глубоких духовных корней и традиций, и к тому же, в наибольшей степени коммерциолизирована. С одной стороны, общественная культура США бюрократична и чопорна, существует целый ряд правил и установок, которые не рекомендуется нарушать, если хочешь иметь продвижение в карьере и иметь законное место под солнцем. С другой - здесь можно всё, если это приносит деньги и прибыль. Именно США становятся родиной массовой и всесильной рекламы, дешёвых, давящих сознание и духовность человека фильмов ужасов, всевозможных триллеров, боевиков с бесконечными навязчивыми эротическими сценами, стрельбой, драками т.д. Европейские страны пытались оказать сопротивление засилию американской культуры, но сделать это оказалось весьма непросто. 


Недовольство официальной культурой также впервые нашло конкретное отражение в США. Именно там формируются и приобретают размах разные формы молодёжной контркультуры, культуры протеста, противостояния официальным тенденциям. Контркультура - понятие, используемое для обозначения социо-культурных    установок, противостоящих фундаментальным принципам той или иной культуры,  а также - обозначающее явления молодёжной культуры 60-80-х гг. XX века. Контркультура, в отличии от субкультуры, явление постоянно меняющее своё содержание и форму, склонное к активному самообновлению, пытающееся видоизменить существующие культурные нормы и стереотипы. Субкультура таким агрессивно негативным отношением к господствующим культурным нормам не отличается. Она, как правило, спокойно уживается с существующими установками общественной культуры, занимая своё место в её структуре. Мы обычно выделяем такие разновидности субкультуры как деревенская и городская, пролетарская и элитарная и т.д. Субкультура - суверенное целостное образование внутри господствующей культуры, отличающееся собственными устойчивыми ценностями, обычаями,  нормами.


Именно в США появляются сначала, в конце 50-х, битники, потом, в 60-е - хиппи. Эстетика хиппи быстро распространяется по Европе, проникая даже в строго контролируемую молодёжную культуру СССР. Хиппи называли себя «силой цветов» («детьми цветов»). Их взгляды отличались пацифизмом, анархичностью, протестом против любых форм насилия над личностью, заботой об окружающей среде, отрицанием западного меркантилизма. Неповторимый стиль хиппи существует до сих пор: потрёпанные расклешенные джинсы, длинные непричёсанные волосы, пацифистские знаки, цветочные и конопляные символы, запёчатлённые на тканях и украшениях, и, конечно, музыка (певцы Боб Дилан и Джоан Баез, ансамбли «Доре», «Битлс» - особенно, песня «Клубничные поля навсегда» - «Лав», "Грейтфул Дэд", "Джефферсон Эаплейн", "Пинк флойд" и др.). Позже, в 70-х, но уже в Англии. формируесмя ещё более вызывающая и эпатирующая усредненного обывателя эстетика панков. Панки не мечтали как хиппи о мире, о всеобщей любви и свободе. Назначением панков было шокировать или устрашать. В Великобритании формируется панк-рок, вызывающие представления с агрессивной музыкой, основанной на трех аккордах, каждая песня продолжительностью в 3 минуты, как, например, у группы "Секс Пистоле". Отвергающий все, что было создано до него, панкизм казался вызывающим, грубым, непримиримым. Он не признавал расовых предрассудков и резко выступал против истеблишмента. Музыкальная ограниченность, как результат отхода от профессионализма и желания произвести скандал, способствовала падению популярности панк-рока, но некоторые его аспекты нашли развитие в хадкор (рэп и техно) и грандже (группы «Мелвинс» и «Нирвана»).


В истории культуры складываются такие ситуации, когда локальные комплексы ценностей начинают претендовать на некую универсальность. Они выходят за рамки собственной культурной среды, возвещают новые ценностные и практические установки для широких социальных общностей. В этом случае понятия субкультура и контркультура сближаются. Между тем в контексте современных исканий термин контркультура обретает глубокий культурфилософский смысл. Культура вовсе не развивается путем простого приращения духовных сокровищ. Общим местом стало повторение мысли, что контркультура — уже исторический факт, архаика, что официальная, господствующая культура устояла, сумев вобрать в себя элементы контркультурных тенденций и сохранить собственное ядро. Натиск новых ценностных ориентации оказался недолговечным. Но, в современном мире произошла радикальная переоценка этики труда, смысла жизни, отношений между полами, традиций рациональности именно при непосредственном воздействии контркультуры.


В США в середине 50 - х гг. появилась и антитеза «беспредметному искусству» - поп-арт (популярное искусство). Молодые художники, ощущающие, что абстракционизм уже сказал своё слово и не может дать ничего существенного, предложили изображать окружающие человека повседневные предметы и городскую среду в надежде сделать искусство понятным широкому зрителю и популярным, в противовес непонятному никому абстракционизму — отсюда и сокращение "поп" в названии направления. Но если предметы, изображаемые поп-артистами, действительно популярны, то об их произведениях этого сказать с такой же уверенностью нельзя. Эти картины отпугивали публику и критиков своей пошлостью и бездуховностью. В работах поп-художников часто нет границы между живописью и скульптурой; их произведения нередко имеют три измерения или даже заполняют собою целиком выставочное помещение. Часто используются фотоснимки, коллажи, комбинации готовых предметов. К примеру, на одной из картин известнейшего представителя поп-арта Энди Уорхола изображены банки "Кока-колы". Поп-артисты устраивали также "хэппенинги" — импровизированные театрализованные представления, часто сопровождающиеся музыкой и танцами, и призванные воплощать идею коллективного спонтанного творчества. К середине 60:х годов поп-арт сдает свои позиции искусству оп-арт (оптическому искусству), смысл которого — в эффектах цвета и света, проведенных через оптические приборы на сложные геометрические конструкции. Под кинетическим искусством подразумеваются «изобретения» с разного рода гудящими, вращающимися механизмами, композиции с магнитами и т. п. Немец Г. Юкер получил прозвище «кинетик гвоздей», ибо его творение представляло собой движущуюся ткань, на которую набивались гвозди. Но художник, который как «высшее существо» призван творить эстетические ценности, уже перестает существовать. Техника здесь явно превалирует над творчеством. Оп-арт и кинетическое искусство существуют и сейчас. Оба эти направления являются своего рода символом техногенного отношения к культуре, воспринимающего культуру, прежде всего как продукт техники.


Конрад Лоренц, замечательный австрийский биолог и философ, лауреат Нобелевской премии, в книге «Обратная сторона зеркала» насчитывает восемь различных, но тесно связанных причинными отношениями процессов, угрожающих гибелью не только нашей нынешней культуре, но и всему человечеству как виду. Это следующие процессы:

 

1. Перенаселение Земли, вынуждающее каждого из нас защищаться от избыточных социальных контактов, отгораживаясь от них, в сущности "не человеческим" способом, и, сверх того, непосредственно возбуждающее агрессивность вследствие скученности множества индивидов в тесном пространстве.
2. Опустошение естественного жизненного пространства, не только разрушающее внешнюю природную среду, в которой мы живем, но убивающее и в самом человеке всякое благоговение перед красотой и величием открытого ему творения.
3. Бег человечества наперегонки с самим собой, подстегивающий гибельное, все ускоряющееся развитие техники, делает людей слепыми ко всем подлинным ценностям и не оставляет им времени для подлинно человеческой деятельности - размышления.
4. Исчезновение всех сильных чувств и аффектов вследствие изнеженности. Развитие техники и фармакологии порождает возрастающую нетерпимость ко всему, что вызывает малейшее неудовольствие. Тем самым исчезает способность человека переживать ту радость, которая дается лишь ценой тяжких усилий при преодолении препятствий. Приливы страданий и радости, сменяющие друг друга по воле природы, спадают, превращаясь в мелкую зыбь невыразимой скуки.
5. Генетическое вырождение. В современной цивилизации нет никаких факторов, кроме "естественного правового чувства" и некоторых унаследованных правовых традиций, которые могли бы производить селекционное давление в пользу развития и сохранения норм общественного поведения, хотя с ростом общества такие нормы все более нужны. Нельзя исключить, что многие проявления инфантильности, делающие из значительных групп нынешней "бунтующей" молодежи общественных паразитов, могут быть обусловлены генетически.
6. Разрыв с традицией. Он наступает, когда достигается критическая точка, за которой младшему поколению больше не удается достичь взаимопонимания со старшим, не говоря уже о культурном отождествлении с ним. Поэтому молодежь обращается со старшими как с чужой этнической группой, выражая им свою национальную ненависть. Это нарушение отождествления происходит прежде всего от недостаточного контакта между родителями и детьми, вызывающего патологические последствия уже у грудных младенцев.
7. Возрастающая индокринируемость человечества. Увеличение числа людей, принадлежащих одной и той же культурной группе, вместе с усовершенствованием технических средств воздействия на общественное мнение приводит к такой унификации взглядов, какой до сих пор не знала история. Сверх того, внушающее действие доктрины возрастаете массой твердо убежденных в ней последователей, быть может, даже в геометрической прогрессии. Уже и сейчас во многих местах индивид, сознательно уклоняющийся от воздействия средств массовой информации, например, телевидения, рассматривается как патологический субъект. Эффекты, уничтожающие индивидуальность, приветствуются всеми, кто хочет манипулировать большими массами людей. Зондирование общественного мнения, рекламная техника и искусно направленная мода помогают крупным капиталистам по эту сторону "железного занавеса" и чиновникам по ту сторону весьма сходным образом держать массы в своей власти.
8. Ядерное оружие навлекает на человечество опасность, но ее легче избежать, чем опасностей от описанных выше семи других процессов. Явлениям обесчеловечевания, рассмотренным в первых семи пунктах содействует псевдодемократическая доктрина, согласно которой общественное и моральное поведение человека вообще не определяется устройством его нервной системы и органов чувств, выработанным историей вида, но складывается исключительно под действием "кондиционирования" человека в течение его онтогенеза той или иной культурной средой.

Вряд ли целесообразно спорить с мнением ученого, столь тщательно изучившего природу человека и как биологического существа, и как феномена духовности. Перечисленные выше моменты красноречиво свидетельствуют о том, что большая часть человечества живёт сейчас в условиях техногенной цивилизации - вида цивилизации,   в  которой техника  как культурная  подсистема доминирует над другими культурными системами - искусством, религией, моралью и наукой, объявляется главным направлением и целью развития цивилизации. При этом техника, технический прогресс объявляется главным направлением развития цивилизации. В XX веке подобные отношения между развитием техники и социальным развитием человечества приняло угрожающе конфликтный характер и привело к тому, что человечество находится перед угрозой глобальной экологической катастрофы.


Культуру современной России мы вполне можем воспринимать в русле проблематики американо-европейском. В советский период культура России представляла особое явление, когда исполинский творческий потенциал нации боролся с идеологическим'и установками и запретами. Теперь же культура, получившая свободу самовыражения, попала, в зависимость от финансовой подпитки, которую раньше брало на себя государство. На гигантском киноконцерне «Мосфильм», снимавшем в советское время более 40 фильмов в год, сейчас в лучшем случае создаётся по 4-5 полноценных фильма, которые, к тому же, часто исчезают в никуда из-за ангажированности кинопроката американскими компаниями. В театрах теперь можно ставить всё, но крайне непросто найти средства на полномасштабные постановки. На экранах телевизоров царят бесконечные однообразные американские фильмы и дешёвые сериалы. Причём, в последнее время появляются в большом количестве и российские сериалы, в которых наши прекрасные актёры выглядят нелепо и смешно из-за крайне низкого уровня литературного материала. Великая русская культура подстраивается под низкосортные чужеземные образцы, по детски неуклюже воссоздавая бесконечные ток-шоу и викторины. На радио и телевидение имеют доступ опять же те, кто способен платить и т.д.


Массовая культура, культура идущая на поводу у обывателя, навязывающая всем стереотипы стандартного мышления, стереотипы толпы, повсеместно берёт верх. Очевиден и кризис фольклорной культуры. Русские деревни, хранившие и оберегавшие традиции народного творчества, выражающие истинную душу нации сегодня вымирают, превращаясь в скопище полуразрушенных изб. Народные танцевальные и хоровые коллективы, которые пестовались и прославлялись в советский период (хор им. Пятницкого, ансамбль «Березка», ансамбль И. Моисеева и др.) сейчас также, либо ветшают без финансовой поддержки, либо всё больше напоминают коммерческие антрепризы, идущие на поводу у стереотипов массовой культуры. Налицо и всё усиливающаяся мифологизация действительности, когда посредством средств масс-медиа стираются грани между вымыслом и реальностью, и человечество теряет способность отличить одно от другого. Попытка мифологизации действительности через средства массовой информации характерна и для советской культуры, но тогда райский образ советской жизни.

 
Компьютер, телевидение, телефон заменяют многим реальное общение и полноценную жизнь, которая должна заключаться в непосредственном духовном контакте между людьми. Конечно, любые выводы и обобщения в области культурологии имеют относительный характер. Хотелось бы надеяться, что начало нового тысячелетия изменит ситуацию, и состояние очевидной кризисности сменится новым взлётом, который предрекали в своих трудах К. Ясперс (новое «осевое время») и Питирим Сорокин (новая идеациональная культурная сверхсистема).